Строительство началось в 1935 году и закончилось через два года. Практически все русские семьи жертвовали деньги на постройку. Престол был освящен в честь святой мученицы Зинаиды.

ПЕРВЫЕ русские эмигранты начали оседать в Бразилии в восьмидесятых годах XIX столетия. Они обосновывались в основном на юге страны. А в 21-м году прошлого века в Рио-де-Жанейро прибыло около полутора тысяч русских, бежавших из революционной России.

НА ТОТ момент в Рио-де-Жанейро был один православный храм, освященный в честь святителя Николая. Его строительство велось на средства российского императора Николая II и было завершено к концу 1917 года. Храм этот возводился как церковь при российском посольстве. После Октябрьской революции посольство существовать перестало, хозяина у храма не оказалось, и власти Рио-де-Жанейро передали Никольский храм Антиохийской православной церкви. Вновь прибывшие русские организовали свою общину, но более чем десять лет вынуждены были быть прихожанами теперь уже сирийского храма. И только к 1934 году у русской общины появилась возможность купить участок земли в районе Santa Teresa и построить там свой храм. Строительство началось в 1935 году и закончилось через два года. Практически все русские семьи жертвовали деньги на постройку. Престол был освящен в честь святой мученицы Зинаиды. В 1930 году община направила в Париж митрополиту Евлогию (Георгиевскому), который в то время являлся Управляющим православными приходами в Западной Европе, письмо с просьбой прислать в Бразилию священника. В Рио был направлен находящийся тогда в Перу иеромонах Михей (Ордынцев), позднее переведенный в Сан-Паулу, а первым настоятелем построенного храма Святой мученицы Зинаиды стал священник Георгий Гордов. Изначально храм Мученицы Зинаиды находился в юрисдикции Русской зарубежной церкви, затем перешел в ведение Американской автокефальной церкви. В 1999 году община выразила желание перейти под омофор Святейшего Патриарха Московского и всея Руси. В октябре 2001 года настоятелем храма Святейшим синодом Русской православной церкви был назначен священник Павел Феоктистов.

Жара, ремонт и лихорадка

— СКОЛЬКО священников служит в храме?

— Я один.

— Трудно было привыкать к новой стране?

— Нелегко. Я не знал португальского языка, не имел здесь друзей, церковная казна была пуста. Все приходилось начинать с нуля. Рио — огромный город, но передвигаться по нему мне приходится пешком или на общественном транспорте, поскольку приобрести автомобиль возможности у храма пока нет. Тропическая жара тоже отнимает немало сил. Через два месяца после приезда перенес тропическую лихорадку — денге. Вещь весьма неприятная. Со временем адаптировался. Да и работы было много, а тут еще и ремонт храма.

— Чем занимаетесь в свободное время?

— Сейчас у меня его практически нет. Стройка начинается в семь утра и заканчивается в пять вечера. Каждый день, кроме субботы и воскресенья. Служба совершается во все воскресные и праздничные дни. Надеюсь, с Божией помощью через три месяца приведем храм в полный порядок. Когда выдается свободное время, читаю. У меня большая библиотека святоотеческой и художественной литературы, с удовольствием смотрю старые классические фильмы из своей видеоколлекции. Стараюсь совершенствовать свой португальский язык. Много общаюсь с русскими людьми, не только в Рио-де-Жанейро, но и в Сан-Паулу. Посещаю семьи, по возможности приобщаю людей к Церкви. Пляжи не очень люблю, был там раза три за все три года.

— Большой приход вам достался?

— На большие праздники: Пасху, Рождество, Престольный праздник (память святой мученицы Зинаиды — 24 октября) — бывает до 150 человек. В воскресные дни — от пяти до пятидесяти. Основную часть прихожан составляет старое поколение, эмиграция из Китая. Но оно, к сожалению, уже уходит. Некоторым прихожанам за 80, и им трудно часто бывать в храме на богослужении. Есть люди и из вновь приехавших.

— Вы поддерживаете мнение, что интерес к Русской православной церкви среди эмигрантов падает?

— Я бы так не сказал. Интерес достаточно стабильный. Люди, которые приезжают сейчас, идут в церковь, ищут возможности пообщаться со священником.

Уходит старое поколение

— ЕСТЬ ли среди прихожан бразильцы, которые приняли православие?

— Не много, но есть. Лично я за три года совершил чин приема в православие только над одним человеком. Нил Данте — муж нашей русской прихожанки. Они всегда вместе. Прекрасный пример супружеского единства. Нил — бразилец и почти не говорит по-русски, но он стал образцовым православным христианином и членом нашей общины. Было еще несколько человек из местного населения, которые хотели перейти из католичества в православие, но я не тороплюсь с этим. Советую чаще посещать наше богослужение, помолиться, приглядеться, пообщаться с русскими. Они должны понять, что тот, кто хочет стать православным, должен приготовиться к трудностям и долгому пути покаяния и трудов. Мы не занимаемся обращением в свою веру. Как Церковь мы открыты для всех, но принимать православие нужно осознанно. И если становиться православным здесь, в Бразилии, то, значит, становиться и полноправным членом общины, жить ее жизнью, заботами и проблемами. Не все на это способны.

— С какими проблемами обращаются к вам люди?

— Проблемы такие же, как у всех людей во всем мире. Оказывая помощь как священник, не могу и не желаю иметь выходных. Реально не могу помочь деньгами. Церковь у нас бедная. Если сказать честно, кое-как сводим концы с концами. Тех членских взносов и пожертвований, что мы получаем, хватает только на оплату коммунальных услуг, телефона. Несмотря на это, мы стараемся иметь маленькую кассу для помощи особо нуждающимся. В Рио-де-Жанейро есть несколько очень бедных русских людей. Вот им и помогаем лекарствами, продуктами. Что же касается пастырской помощи, то я делаю все, чтобы люди не считали себя в чем-то ущемленными. К прискорбию, все чаще приходится готовить людей в последний путь. Старое поколение уходит. С ним уходит целая историческая эпоха.

Грабители здесь агрессивные

— БРАЗИЛЬЦЫ говорят, что Рио-де-Жанейро — город Бога. Что вы об этом думаете?

— Люди здесь верующие. Католические храмы полны, секты имеют огромное количество адептов, программы телевидения наполнены проповедями различных сектантов. Но, увы, все это мало влияет на состояние общества, не делает его лучше. Многие местные жители далеки от подлинной церковности и морали. Это значит, что что-то делается не так, как следует, неправильно расставлены акценты проповеди.

— Как вы относитесь к стилю и образу жизни бразильцев?

— Мне нравится, что они люди приветливые. У них нет дискриминации по расовому, национальному, религиозному признакам. С ними всегда можно договориться, они легко идут на контакт. Но есть много проблем. Например, связанных с бюрократизмом. Считаю, что Бразилия — страна с большими перспективами, страна будущего. Но вот когда оно наступит, мне неизвестно.

— Возникали ли у вас проблемы с местным населением?

— Бывали попытки ограбить храм. За три года раза четыре, но, слава Богу, ничего не тронули. Да и сейчас, во время ремонта, высматривают, что бы стащить. Я живу при храме один и постоянно здесь нахожусь. По ночам иногда слышу, что во дворе кто-то ходит. Но выйти на улицу не рискую. Здесь грабители ведут себя очень агрессивно. Один раз вызывал полицию, но, пока она приехала, грабители уже ушли. А меня потом всю ночь допрашивали в отделении, кто я такой да зачем их вызвал. Криминальная обстановка в Рио, да и во всей Бразилии, весьма напряженная. Недавно ездил в Сан-Паулу к одной русской семье. У них свой магазин. Когда пришли их грабить, выстрелили в сына и перебили ему шейный позвонок. Уже семь лет он лежит без движения.

— Как известно, существует две юрисдикции Русской православной церкви — Московский патриархат и Русская зарубежная православная церковь. Возможно ли их объединение?

— У Русской зарубежной церкви своя история и свои традиции. В Бразилии, например, она существует с самого начала русской эмиграции. Только в Сан-Паулу семь храмов РЗПЦ. Зарубежная церковь много делала и делает для русских. Во многом благодаря ей в стольких странах сохранилось русское православие. Сейчас общения со священниками РЗПЦ мы не имеем, они неохотно идут на контакты. Надеюсь, что, после того как Предстоятель РЗПЦ митрополит Лавр по приглашению нашего Святейшего Патриарха Алексия в мае этого года посетит Москву, наши взаимоотношения улучшатся. Если мы хотим сохранить свою идентичность как русской нации, как Русской церкви, мы должны объединиться. Конечно, условия объединения еще предстоит оговаривать, но думаю, что оно неизбежно произойдет.