Вид у меня был устрашающий - во всяком случае, позднее, уже после косметического сеанса, увидев себя в зеркале, я вздрогнул. Раскраска, которую нанесли на мое лицо индейцы, придала ему кроважадность, чего я раньше никогда за собой не замечал. Утешало одно: сок плода айоте, использованный гримерами в качестве краски, не только помогал маскироваться, но и защищал от укусов насекомых. В джунглях Амазонки это не лишнее. Не знаю, правда, помогла бы моя окраска при встрече один на один с тарантулом, - желания проверить это на практике как-то не возникало. А сама встреча состоялась. Демонстрация этого ядовитого паука, которого индейцы не без оснований считают самым знаменитым представителем местной фауны, - обязательный пункт программы для всех иностранцев, которые ухитряются добраться до поселения племени южноамериканских индейцев ягуас.

Найдя в нескольких метрах от одного из здешних домиков нору тарантула, индеец, выполнявший роль экскурсовода, раскопал ее с помощью мачете и осторожно извлек гигантского паука. Хотя из книг я знал, что он питается насекомыми, а для людей его укус болезен, но не смертелен, выглядела тварь размером с ладонь весьма грозно. Впрочем, ослепленный дневным светом тарантул повел себя достаточно конструктивно - позволил пересадить его на пальмовый лист и сфотографировать. Тем самым паук, включенный в орбиту туристского сервиса, добросовестно выполнил свою часть экзотичного аттракциона...

В амазонскую сельву я попал, проделав на лодке путь в несколько десятков километров от колумбийского города Летисии. И здесь передо мной распахнулся совсем иной мир. Эта территория заселена в основном индейскими племенами. Ягуас - одно из них, всего же таких народностей примерно 65. Европейцы посещают поселения индейцев не слишком часто. Поэтому каждого иностранца здесь встречают с энтузиазмом и принимают по заранее подготовленной программе, с некоторыми пунктами которой читатели уже знакомы. Деревня, в которой я побывал, состоит из двух десятков домиков из грубых досок, где живет более ста человек. Все жилища размещаются на высоких деревянных столбах: в сезон дождей Амазонка, величайшая по водоносности река в мире, затапливает все побережье.

К приезду иностранца, о приближениии которого оповещает нарастающий шум моторной лодки, наиболее предприимчивая часть местного общества успевает облачиться в традиционные костюмы из соломы. Как признался мне один из индейцев, в повседневной жизни они носят более привычную, интернациональную одежду. Да и я у себя на службе, должен сказать, обхожусь без боевой раскраски. Жизнь в индейской деревне, где практически продолжает господствовать натуральное хозяйство, нелегка. Люди кормятся в основном ловлей рыбы и выращиванием юки - наиболее распространенной на юге Колумбии сельскохозяйственной культуры, напоминающей картофель. Технология добычи пищи за последние столетия изменилась мало. Досаточно сказать, что возле деревянного мостика, ведущего к реке, я не увидел ни одной лодки с мотором.

После экскурсии по деревне, естественно, нельзя было отказаться купить несколько незатейливых сувениров, сделанных индейцами. Как и всякий вновь прибывший иностранец, я сразу же оказался в небольшой группе индейцев, ненавязчиво, но настойчиво предлагавших изделия своих рук. Щадя уникальную местную фауну, я не стал покупать изделий из перьев, а ограничился плетеными браслетами и бусами. Нельзя сказать, что эти поделки отличал высокий художественный уровень, однако несколько долларов, вырученных индейцами, пополнят их скромный бюджет, помогут в борьбе за выживание в условиях неотвратимого наступления цивилизации. А она, увы, угрожает превратить аборигенов из охотников и рыболовов в профессиональных попрошаек. Современные индейцы, коренные жители Америки, выглядят особенно уязвимыми и слабыми на фоне окружающей их могучей природы.

Впервые оказавшись на берегах Амазонки, я скоро понял, что это - не просто самая полноводная река в мире, а своего рода империя, охватывающая территории четырех стран и не признающая государственных границ. Ее образовала гигантская водная артерия с сотнями притоков, прорезающая всю Южную Америку среди все еще труднодоступных джунглей и топей. Я заглянул только в крошечный уголок этой империи, но впечатлений получил массу. Конечно, сразу же вспомнилось, что река получила свое название, благодаря греческому мифу о женщинах-воительницах, живших отдельно от мужчин. Этот миф, изложенный в трудах Геродота, был известен испанскому конкистадору Франсиско Орельяна, который, как считается, первым исследовал все среднее и нижнее течение Амазонки, именовавшейся тогда просто Большой рекой.

Орельяно и 60 его спутников в течение девяти месяцев пробивались по течению Амазонки сквозь непроходимую сельву, пока в августе 1542 году их корабль не доплыл до ее устья, до Атлантики. Во время плавания до испанцев не раз доносился из джунглей перестук боевых барабанов, а однажды они стали свидетелями сражения двух индейских племен, одно из которых - так, во всяком случае, гласит предание - целиком состояло из представительниц женского пола. Эти женщины были белыми, высокого роста и с длинными волосами. Они были настолько неистовы и увлечены битвой, что даже не заметили чужеземцев , - так описывает этот эпизод биограф Орельяны Фрей Гаспар де Карбахаль. В общем, казалось, что перед потрясенными конкистадорами ожили амазонки. И тогда реку, на берегах которой они сражались, было решено назвать их именем. Да и сама могучая река с ее мощью и крутым нравом имела нечто общее с легендарными воительницами...

Обширная индейская мифология изучена меньше, чем античная, но известно, что в ней отражен богатый животный мир Амазонки. Священным животным индейцы считают розового дельфина. Это уникальное животное, внешне мало напоминающее своих дальних родственников - серых морских дельфинов, не встречается больше нигде. Легенда гласит, что розовый дельфин время от времени превращается в красивого юношу, который приходит на деревенский праздник, желая очаровать самую прекрасную девушку. Одна из наиболее популярных поделок индейцев - фигурка из красного дерева - изображает человека с головой дельфина. Считая дельфина почти человеческим существом, индейцы никогда не охотились на него. И даже сегодня розовых дельфинов можно наблюдать в озерах и небольших притоках Амазонки, даже неподалеку от человеческого жилья. Однако далеко не все представители местной фауны столь безобидны. И почти все являются объектом охоты. Так, неотъемлемой частью рациона индейцев является крокодилье мясо. Охота на крокодилов в наши дни - увлекательное и практически безопасное занятие. Возможность убедиться в этом представилась мне в маленькой индейской деревушке Сакамбу на территории Перу.

Увидеть крокодилов на Амазонке можно только ночью. В моторную лодку, отчалившую вечером от берега, вместе со мной сел местный проводник-индеец по прозвищу Маугли и лодочник - пожилой бразилец, которого все называли Кабеса, что в переводе с испанского означает голова . Лодка двигалась вдоль одного из небольших притоков Амазонки, ширина которого не превышает сотни метров. Маугли с мощным фонарем в руке разместился на носу лодки, освещая поочередно то один, то другой берег. Уже через несколько минут в луче фонаря, направленном на прибрежные заросли, мы заметили светящуюся точку - глаз крокодила. Кабеса направил лодку к берегу по направлению луча и въехал прямо в прибрежные кусты. Однако, светящаяся точка, находившаяся всего в нескольких метрах от нас, неожиданно погасла, словно ее выключили. Крокодил почувствовал опасность и нырнул. В течение следующего часа выяснилось, что берега реки плотно населены крокодилами - через несколько сот метров всякий раз возникали угольки. Однако история каждый раз повторялась: в последний момент рептилии удавалось уйти под воду. Но, наконец, мы сумели приблизиться к светящейся точке вплотную. Маугли ловко перегнулся через борт лодки и через мгновение держал в руках маленького крокодила длиной сантиметров тридцать. Он отчаянно извивался, пытаясь вырваться из цепких пальцев индейца, сжимавших его шею, но тщетно.

Не представлявшая ценности с кулинарной точки зрения рептилия после тщательного осмотра была отпущена на свободу. Более крупная добыча нам в этот раз не попалась, и остаток ночи прошел в рассказах о перипетиях крокодиловой охоты. И хотя ни один охотник, как известно, не может удержаться от преувеличений, в данном случае у рассказчиков было доказательство - четырехметровая крокодиловая кожа, висящая на стене индейской хижины. Гораздо проще поймать другую амазонскую хищницу, тоже очень известную, - пиранью. Достаточно насадить на крючок наживку из кусочка свежей рыбы, и уже через несколько минут от этих особ не будет отбоя. Небольшие рыбки, средний размер которых составляет сантиметров пятнадцать, обладают большими острыми зубами. Даже пойманная пиранья не упустит случая вцепиться в палец зазевавшегося рыбака, а о том, чтобы купаться в водоеме, населенном этими хищницами, не может быть и речи. Эта рыба вполне съедобна, однако ее мясо не считается деликатесом у местных жителей, избалованных рыбным изобилием.

Есть в деревне и приметы нового. Как рассказали индейцы, недавно у них была построена школа - здание, ничем в сущности не отличающееся от жилых домов. Здесь преподает единственный учитель - один из членов общины. Детей учат грамоте и основам национальной культуры. Кстати, практически каждое племя здесь говорит на своем собственном наречии. За деревней мы обнаружили небольшое футбольной поле: индейская молодежь тянется к развлечениям белых людей. И еще одно достопримечательное место - в 60 километрах вверх по реке от Летисии начинается территория национального природного парка Амакаяку. Огромное, почти в 300 тысяч гектаров, пространство охраняется от браконьеров индейцами, живущими на территории парка, и несколькими экологами, которые занимаются исследованиями флоры и фауны.

Экологический туризм в колумбийской Амазонии развивается медленно. Туриста, привыкшего к комфортабельным отелям, не так легко заманить в деревянные домики с железными сетками вместо окон и гамаками, заменяющими кровати. Примечательно, что несколько десятилетий назад деревянные строения, являющиеся ныне штаб-квартирой парка Амакаяку, были подпольной лабораторией по производству наркотиков. После того, как ее обнаружили и ликвидировали власти, здесь обосновались защитники природы. Местные жители считают, что это по-своему символизирует поворот к взвешенному и более осторожному освоению природных богатств Амазонии. Поскольку заявленный в самом названии моих заметок мозаичный жанр предполагает композиционную свободу, я под занавес расскажу о первом этапе моего путешествия, начавшегося в Летисии. Пожалуй, это один из самых космополитичных городов Латинской Америки. Здесь, прямо на городских улицах, сходятся границы трех стран - Колумбии, Бразилии и Перу. Вокруг города на сотни километров тянется тропическая сельва, где практически нет крупных населенных пунктов. Охранять такую границу крайне сложно. Впрочем, никто и не пытается.

Проехать через границу в бразильскую часть города под названием Табатинга можно совершенно беспрепятственно, например, на такси. Пограничный столб стоит возле дома, в котором часть квартир находится на территории Колумбии, а часть - Бразилии. Более того, некоторые квартиры имеют помещения в обеих странах, так что жильцы могут, к примеру, обедать в Бразилии, а спать в Колумбии. Помните, очень схожий сюжет был изображен на экране в итальянском фильме Закон есть закон ? Один из его героев - жандарм, блистательно сыгранный Фернанделем, родился в таком же доме, сплошь перерезанном границами, и долго не мог выяснить, на территории какого же государства он появился на свет и чьим гражданином является... Пожалуй, единственное, что меняется при переходе через границу - язык. На колумбийской стороне вывески магазинов пишутся по-испански, а на бразильской - по-португальски. Местные жители, однако, с равным успехом изъясняются на обоих языках, а между собой предпочитают общаться на так называемом портаньоле - смеси испанского и португальского.

В местных магазинах и ресторанах царит двойная бухгалтерия , в том смысле, что везде принимаются как колумбийские песо, так и бразильские реалы. Правда, денег - и в той и в другой валюте - у местных жителей маловато. Промышленности здесь практически нет. Основной источник скромных доходов жителей Летисии-Табатинги, а также небольших селений на другом берегу Амазонки, уже на перуанской территории, - торговля рыбой, туризм и ... контрабанда. Однако и то, и другое, и третье осложняется тем, что регион практически изолирован от остального мира. Ближайший крупный город в Бразилии - Манаус находится примерно в тысяче километров вниз по течению Амазонки. Из Колумбии попасть сюда можно только по воздуху, поскольку дорога через сельву до сих пор не проложена. Транспортная проблема создает сложности с доставкой промышленных товаров и горючего. Дороговизна бензина сделала самым популярным видом транспорта мотоцикл. По вечерам Летисия становится похожа на город рокеров. Немногочисленные автомобили теряются в бесконечном ревущем потоке мотоциклов, мотороллеров и мопедов. Двухколесным транспортом пользуются все, независимо от возраста и социального положения. Кстати, социальные контрасты здесь не так заметны. В отличие от едва ли не всех городов латиноамериканского региона, на улицах Летисии практически нет нищих. Амазонка с ее огромными запасами рыбы кормит население круглый год. Естественно, что для большинства горожан чуть ли не весь календарь состоит из рыбных дней .

Как говорится, не было счастья, да несчастье помогло. Отсутствие дорог и развитой инфраструктуры, тормозящее экономическое развитие Летисии, уберегло ее от насилия, которым охвачена почти вся территория Колумбии. О внутреннем вооруженном конфликте, терзающем страну уже 40 лет, здешнее население знает только из газет. Более того, в Летисии практически нет уличной преступности, к которой привыкли жители других колумбийских городов. В последнее время, однако, здесь пытаются затеряться люди с криминальным прошлым, что в будущем может обернуться серьезной проблемой. Однако пока этот анклав остается тем, чем был всегда, - территорией, объединившей три страны и не похожей ни на одну из них в отдельности. Амазонией.